Татьяна МАСС (tanya_mass) wrote,
Татьяна МАСС
tanya_mass

Categories:

Крым. Референдум. Мнение наблюдателя от Израиля

Оригинал взят у t_34_111 в Крым. Референдум. Мнение наблюдателя от Израиля

Международная юриспруденция – сложная наука, и на нее охотно плюют те, кто может позволить себе наплевать...  Я всегда воздерживался от высказывания своего мнения по простой причине: оглушенный атаками с обеих сторон, я не верил ни одной. Поэтому я так обрадовался возможности поехать в Крым и посмотреть на референдум своими глазами. Родственники и друзья ехидно советовали мне обзавестись бронежилетом, но не подсказали, где их выдают. Поэтому полетел без него.

пенсионеры радуются

Я пишу эти строки в вечер накануне крымского референдума. Подчеркиваю, это сугубо личные впечатления. Это репортаж, а не аналитика.

Необычное началось уже в самолете. Обычно на экранах мониторов в самолете маршрут представляет из себя прямую линию. На этот же раз и из Тель-Авива в Москву, и из Москвы в Симферополь мы летели по кривой. Маршрут самолетов Аэрофлота огибал Украинскую территорию.

Трехсотместный самолет ИЛ-96 из Москвы в Симферополь  был забит до последнего кресла многоязыким сообществом, вооруженным могучей фототехникой и видеоаппаратурой. Летели журналисты и международные наблюдатели из многих стран мира. Мне сказали, что в пятницу в Симферополь из Москвы (а это – единственная точка, из которой сейчас летят в Крым самолеты) вылетело шесть дополнительных рейсов таких же гигантских авиалайнеров.

В аэропорту Симферополя мы приземлились в полночь. Уже тут я понял, что бронежилет был бы для меня явной обузой. Полицейских в аэропорту было много меньше, чем в родном «Бен-Гурионе», они были одеты в украинскую форму с трезубцами, и не были вооружены даже дубинками.  В окошко паспортного контроля для граждан Украины выстроились едва ли больше десяти человек. Остальные были иностранцами.

Когда мы вышли в зал прилета, на нас набросилась толпа уже опередивших нас журналистов с микрофонами, фото- и телекамерами.  Они хотели вырвать хотя бы несколько слов из уст прилетающих наблюдателей. Пробившись через эту толпу, мы воссоединились с встречавшими нас крымскими представителями и отправились в Евпаторию.  О предстоящем референдуме напоминали частые щиты мощной рекламно-агитационной кампании: «Вместе с Россией».

Мы вышли в город, чтобы своим глазами, а точнее – ушами, познакомиться с мнением крымчан. Не буду лукавить, я предполагал, что большинство жителей Крыма будут настроены пророссийски. Но то, с чем мы столкнулись, удивило нас всех. Мы шли по улице, останавливали встречных, представлялись израильскими наблюдателями и спрашивали их мнение о референдуме. К нашему удивлению, ни один из добрых трех-четырех десятков опрошенных не отказался  с нами разговаривать. Все охотно и подробно отвечали на наши вопросы.

Если вы хотите знать, каково было соотношение намеревающихся голосовать за воссоединение с Россией и их противников, то я вас удивлю, как удивился сам. Не 90, не 95, не 99 процентов. Сто целых ноль десятых! Нам не удалось найти ни одного – старого ли, молодого ли, который был бы за сохранение украинской юрисдикции над Крымом. Конечно, считать это репрезентативной выборкой мы не можем. Но, стараясь быть придирчиво объективными, мы стали спрашивать национальность наших респондентов. Да, большинство были русскими, но был немалый процент и украинцев, которые, несмотря на наши «провокационные» вопросы, твердо стояли на том, что им тоже обрыдла за последние 22 года   украинская власть. Мы спрашивали, есть ли у них знакомые, которые придерживаются другого мнения? Таковых не оказалось.

Как же аргументировали свой выбор наши респонденты? Громких слов наши собеседники, как правило, не произносили. Был просто нормальный житейский разговор. «Что мы имели за эти 22 года? Все из Крыма уходит в Киев», «За эти годы Крым, который был всесоюзной здравницей, пришел в полный упадок». Ни один из предыдущих украинских правителей не заслужил добрых слов жителей Евпатории. Один из жителей признался: «Я дальнобойщик! Я много ездил по Украине. И мне не нравилось, когда меня там оскорбительно называли «москалем» за то, что я говорил по-русски».  Еще один честно сказал: «Может быть, мы бы терпели и дальше украинскую власть, но Майдан и скандеж тысячной толпы «Москалей – на нож» - мы все это видели по телевизору - стали последней каплей».

Тут нужно оговориться, конечно, все опрошенные видят не будущее, где «всё будет уходить в Москву», а совсем наоборот, где Москва будет помогать (датировать) регион.

Один молодой человек сказал остроумную фразу: «Я не знаю, будет ли нам с Россией лучше, но хуже точно не будет, потому что хуже некуда!» Люди – есть люди, и меркантильные интересы им не чужды.

Еще раз подчеркну, я говорю только о своих личных впечатлениях на основе общения с жителями Евпатории. Я не был в местах компактного проживания крымско-татарского населения, значительная часть которого вроде бы выступает против присоединения Крыма к России. Но, как мне говорили   некоторые собеседники, после того, как новые власти Крыма предложили формирование всех институтов власти Крыма на основе национального представительства и предложили крымским татарам важные места в правительстве, в среде крымских татар мнения тоже разделились.

Русских войск или хотя бы похожих на военнослужащих мы в Евпатории не видели, как не видели ни одного «человека с ружьем». Вряд ли они здесь нужны.  Концерт Вики Цыгановой, «зажигавшей» на центральной площади с патриотическими песнями про Андреевский флаг и русских офицеров охранял всего один легковой автомобиль с тремя ленивыми милиционерами.

А теперь я рискну высказать свое мнение, уже как очевидца. Я не большой поклонник политиков. Я понимаю, что международная юриспруденция – сложная наука, и на нее охотно плюют те, кто может позволить себе наплевать. Но мне кажется абсурдом, когда о незаконности референдума в Крыму говорят те самые люди, которые на Майдане говорили о священном праве народа самому решать свою судьбу. Где граница между самоопределением и сепаратизмом? Я не уверен, что аргумент о праве наций на самоопределение в данном случае подходит. Все-таки жители Крыма не нация, а народонаселение. Но разве право народа Крыма самому определять, с кем ему будет лучше, менее важное право, чем право этноса? Эти люди хотят счастья для себя и для своих детей. Разве право людей на счастье значит меньше, чем параграфы, написанные бюрократами от политики? Народ Крыма хочет мира и счастья, и он заслужил их.

polosa.co.il

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 7 comments