February 10th, 2019

Стамбульский патриархат предлагает сделку русским приходам в Европе

reposted by tanya_mass

Представитель патриарха Варфоломея пообещал сохранить идентичность бывшего западноевропейского экзархата

.

рпц, константинопольский патриархат, русская архиепископия, эммануил адамакисМитрополит Эммануил Адамакис. Фото OrthodoxWiki

Глава митрополии Франции Константинопольского патриархата Эммануил Адамакис 7 февраля с.г. направил открытое обращение к приходам русской архиепископии. Выразив общую обеспокоенность будущей судьбой бывшего Западноевропейского экзархата, упраздненного в конце ноября 2018 года по решению Синода Константинопольской церкви, французский митрополит посулил русским общинам, что при условии, если они вольются в Галльскую митрополию, сделать все возможное для сохранения Архиепископии как административно—территориальной единицы. В частности, он пообещал «в статусе викариата сохранение существующей ассоциации, которая будет продолжать управлять принадлежащим ей имуществом и функционировать в соответствии со своими собственными уставами, возможно, с некоторыми необходимыми изменениями», говорится в письме. Также греческий митрополит согласился не запрещать поминать бывшего главу экзархата архиепископа Хариупольского Иоанна Ренетто и гарантировал «в соответствии с постоянной заботой об этом Вселенского Патриархата, сохранение русской литургической и духовной традиции».

Напомним, что после отзыва Вселенским патриархом томоса, согласно которому с 1999 года Архиепископия русских приходов имела статус экзархата, перед русскими общинами встал не простой вопрос о будущем. 23 февраля должна состояться внеочередная Генеральная ассамблея, на которой приходы будут решать что им делать дальше. Сейчас у у них есть как минимум четыре варианта: самораспуститься и самостоятельно решать свою судьбу, уйти под омофор Румынской церкви, принять юрисдикцию Московского патриархата или стать частью Русской православной церкви зарубежом (РПЦЗ). Предложение митрополита Эммануила — еще один вариант развития событий. Правда, подходит он только для приходов архиепископии во Франции, тогда как общины бывшего экзархата расположены и в Италии, и в Германии, и в Бельгии, и в Великобритании, а также Нидерландах, Норвегии, Швеции, Испании, Дании.

Уже сейчас под обсуждением письма константинопольского архиерея в социальных сетях можно увидеть самые разные мнения. Кто-то считает его обращением сердобольной попыткой спасти русскую архиепископию, а кто-то уверен, что это предложение лишь хитрый шаг, сделанный только для того, чтобы не позволить русским общинам и их имуществу выйти из под контроля Константинополя. Ведь, Фанар уже потерял один из самых красивых соборов Европы — храм Христа Спасителя в итальянском городе Сан-Ремо. Его настоятель вместе с общиной не дожидаясь общего собрания архиепископии в конце января перешли под омофор Русской православной церкви зарубежом.


"Солнце русской поэзии закатилось!"

reposted by tanya_mass

Из единственного извещения о смерти А. С. Пушкина, которое было напечатано 30 января 1837 г. в 5-м номере «Литературных прибавлений» — приложении к газете «Русский инвалид». Это извещение, написанное литератором Владимиром Федоровичем Одоевским (1804—1869), состояло из нескольких строк: «Солнце нашей поэзии закатилось! Пушкин скончался, скончался во цвете лет, в средине своего великого поприща!.. Более говорить о сем не имеем силы, да и не нужно: всякое русское сердце знает всю цену этой невозвратимой потери, и всякое русское сердце будет растерзано. Пушкин! наш поэт! наша радость, наша народная слава!.. Неужели в самом деле нет уже у нас Пушкина! к этой мысли нельзя привыкнуть! 29-го января 2 ч. 45 м. пополудни».

Этот некролог разгневал министра народного просвещения С. С. Уварова. Редактор «Литературных прибавлений» журналист А. А. Краевский был вызван к председателю Цензурного комитета, который объявил ему о неудовольствии министра: «К чему эта публикация о Пушкине?.. Но что за выражения! «Солнце поэзии!» Помилуйте, за что такая честь?..» (Русская старина. 1880. № 7).

Возможно, что выражение «солнце нашей поэзии закатилось» было навеяно В. Ф. Одоевскому другим, весьма схожим, из «Истории государства Российского» (т. 4, гл. 2) Н. М. Карамзина. Там историк повествует, как на Руси восприняли весть о смерти Александра Невского в 1263 г. Митрополит Киевский Кирилл, «сведав о кончине великого князя... в собрании духовенства воскликнул: «Солнце отечества закатилось». Никто не понял сей речи. Митрополит долго безмолвствовал, залился слезами и сказал: «Не стало Александра!» Все оцепенели от ужаса, ибо Невский казался необходимым для государства и по летам своим мог бы жить еще долгое время».

Для самого же Карамзина первоисточником послужил памятник русской литературы второй пол. XVI в. «Степенная книга», в котором впервые на Руси была сделана попытка собрать воедино исторические сведения, содержащиеся в разных русских летописях. Фраза из «Степенной книги» звучит так: «Уже заиде солнце земьля РусЫоя».

Начальник штаба ВМС США в белых гольфиках

В белых гольфиках - начальник штаба ВМС США Ричардсон, который призвал Вашингтон первым нанести удар по России, на встрече с командующим ВВС Швеции Хельгессоном, который рассказал про истребитель Saab Gripen E, способный уничтожить самолеты серии Су.
В красных туфлях - шведы.



Администрация Facebook заблокировала материал, посвящённый второй годовщине гибели комбата Гиви

reposted by tanya_mass



Цукерберговский Facebook заблокировал статью военкора, руководителя проекта WarGonzo Семёна Пегова, лично знавшего Гиви - легендарного командира отдельного штурмового батальона "Сомали" Михаила Толстых.

"Мы удалили одну из ваших публикаций, поскольку она не соответствовала нормам сообщества Facebook", - проквакала администрация американской соцсети.



Ниже - тот самый текст под названием "Комбат Гиви. Смерти вопреки" (8.02.2019), пришедшийся не по вкусу цукербергам и свидомитам:

"Редкий на фоне частного сектора многоквартирный дом в Иловайске — городке, до войны 2014 года абсолютно заурядном и мало кому известном за пределами Донбасса. Над одним из подъездов в стену вмонтирована табличка в виде звезды — здесь жил командир отдельного штурмового батальона «Сомали» Михаил Толстых. Комбат погиб ровно два года назад в результате теракта — так классифицировали произошедшее власти ДНР и многие политики в России. Михаила Толстых знали и запомнили по позывному Гиви. Даже я, познакомившийся с ним в разгар Русской весны и войны в Донбассе, когда ополченцы бились за Иловайск, довольно долго не знал его настоящего имени. Все — начиная от рядовых бойцов, включая все информационные агентства и включая командование — называли его Гиви. Здесь, в Иловайске, живут его мама, отец, сестра с мужем и дочкой. Здесь, в небольшой и стандартной советской двушке, Гиви провёл детство, здесь же вырос его сын, который сейчас является курсантом военного училища в Донецке. В мирное время Иловайск считался одним из самых ключевых железнодорожных узлов юго-востока Украины, поэтому самая распространённая профессия в городе — железнодорожник. Отец Михаила — по-своему суровый и неразговорчивый человек, работал машинистом — рассказывает, что уже в 10 лет сын запросто справлялся с управлением локомотивом. Мама комбата — её зовут Нина — вспоминает: «Сын ещё с детского сада мечтал стать военным». Так что, когда пришёл возраст призываться в армию, никакие другие варианты не рассматривались. В украинских войсках Гиви служил танкистом, говорят, что и легендарный позывной за ним закрепился ещё тогда. Однако после срочки служить по контракту Михаил отказался — слишком расходились его представления о военной карьере с тем, что из себя представляла армия Украины в тот период. Полковник Толстых женился рано, почти сразу у пары родился сын, однако совместная жизнь не заладилась. В итоге после развода, вопреки привычной практике, парнишка остался с отцом. Управляться с мальчиком, который, фактически был ещё младенцем, будущему комбату помогали родители и сестра — семейная взаимовыручка здесь прежде всего. Миша ушёл с головой в работу — брался за всё, что подворачивалось, вкалывал на заводе, на стройке — главной задачей было обеспечить сына, параллельно помогая сестре и родителям. Самые доверительные отношения у Михаила были с сестрой Мариной, именно ей он по секрету весной 2014-го рассказал, что ушёл в ополчение, уверял — в его обязанности входит служба на блокпосте, проверка документов — не более того… Однако, когда спустя пару недель он позвонил из Славянска — на тот момент самой горячей точки донбасского противостояния, сестра почти не удивилась. Не в его принципах было оставаться в стороне, когда другие его сверстники шли в бой, защищая Донбасс. Мать он проинформировал в последнюю очередь, знал, насколько ей будет тяжело. Они виделись в последний раз буквально за пару дней до гибели — незадолго до трагического дня Михаил потерял на передовой двух своих телохранителей, которые по факту были его ближайшими друзьями. Любого рода потери в своём батальоне Гиви всегда переживал тяжело, а тут погибли ребята из лички. Нина не может забыть, каким подавленным он тогда был. Состояние для её сына крайне нетипичное. В повседневной жизни Миша был человеком жизнерадостным, с неиссякаемым чувством юмора — редкий раз разговор с ним обходился без стёба и смеха. Главная семейная реликвия у Нины — Золотая звезда Героя ДНР, которую сын получил из рук главы республики Александра Захарченко. Точнее — её стопроцентная копия. Первоначальная награда, как и почти все личные вещи комбата, пропала в результате взрыва, прогремевшего в его кабинете. После детонации температура в помещении достигла такого порога, что даже командирский пистолет Стечкина сложно было идентифицировать как оружие — настолько расплавился металл. По той самой причине и о смерти Гиви донбасские военные не спешили подтверждать информацию — по обнаруженным в кабинете останкам визуально его было не узнать, понадобилась специальная экспертиза. Спецслужбы Украины даже не пытались отрицать, что это была их спланированная акция. Буквально за три месяца до гибели Гиви в лифте собственного подъезда был взорван Арсен Павлов, легендарный Моторола, комбат «Спарты» и близких друг Михаила Толстых. Уже тогда Гиви полушутя говорил: «Я следующий!». И только тем, кто близко знал полковника и хорошо ориентировался среди подводных течений донбасского конфликта, было не смешно. Последний раз я видел Мишу на фронте летом 2015-го, то есть за полтора года до теракта, унёсшего его жизнь. Знойный донбасский воздух был дополнительно раскалён забористым фронтовым (и зачастую непечатным) сленгом комбата, который в камуфляжном бронежилете, надетым на голый торс, из крупнокалиберного пулемёта поливал позиции ВСУ под Донецким аэропортом. Адъютанты только успевали подносить ленты, которые в бешеном ритме снаряжались в соседнем помещении. Помню, тогда я чуть ли не впервые увидел Гиви в бронике — до этого он брутально избегал любые средства защиты (в шлеме, уверен, никто не видел его ни разу). Уже после боя Миша рассказал, что даже в тылу не чувствует себя в безопасности — специалистов под него украинские военные заводили неоднократно, а незадолго до нашей встречи по нему работал снайпер, как вычислили охранники — лёжка была оборудована в одной из многоэтажек за линией фронта. То есть с тех пор, как было достигнуто условное перемирие, на главных командиров Русской весны началась неприкрытая охота спецслужб, подконтрольных Киеву. Однако, несмотря на то что им удалось ликвидировать Моторолу, Гиви (а позже и самого главу ДНР Александра Захарченко), расчёты украинских «стратегов» не оправдались. Тот же батальон «Сомали» сегодня по-прежнему одно из самых боеспособных подразделений донбасского фронта. Я частенько бываю у ребят на передовой, и костяк из ребят, которые сегодня воюют на самых опасных фронтовых участках — под Горловкой, на юге у вершины Дерзкой, на авдеевской промке — был сформирован именно при полковнике Толстых. Аналогичное уместно сказать и о «Спарте», а также подразделениях, которые создавались при участии Александра Захарченко. Киев избрал стратегию последовательного террора вместо открытого конфликта — когда армии в честном бою определяют сильнейшего. Однако она — эта стратегия — успешна только лишь в головах украинских политиков. На самом же деле нет ничего бесперспективнее, чем запугивание донбасских парней, которые взяли в руки оружие вопреки националистическому режиму Евромайдана. И то, как они обороняют Донецк сегодня, — главное тому доказательство".






Портрет потомков Пушкина

reposted by tanya_mass

«Групповой портрет потомков А.С.Пушкина — участников Великой Отечественной войны».

Картина члена-корреспондента Российской академии художеств, народного художника РФ, подполковника в отставке Владимира Ивановича Переяславца «Групповой портрет потомков А.С. Пушкина – участников Великой Отечественной войны» (1957 г.). Картина экспонируется в одном из залов Студии военных художников имени М.Б. Грекова.
Слева направо: О.Кологривов, Г.Пушкин, С.Клименко, С.Пушкин; стоят: Б.Пушкин, А.Кологривов. Боевые ордена и медали на груди говорят об их ратных подвигах.


Война разлучила братьев Кологривовых, но фронтовые дороги вели их в одном направлении – от Москвы до Берлина. Старший брат, Александр Всеволодович Кологривов (1916-1968), курсант, с начала войны был направлен военкоматом в Муромское училище связи. В октябре 1941 года он в составе стрелковой бригады Центрального фронта участвовал в сражении под Москвой.

Александр Всеволодович (справа) и Олег Всеволодович Кологривовы. Фотография 9 мая 1968 г.

Когда немцы стояли в 18 км, часть, в которой служил командир отделения связи Александр Кологривов, стойко держала оборону в районе Красной поляны, под Истрой, под Волоколамском. В феврале 1942 года под Вязьмой он был ранен, а после выздоровления снова направлен в Муромское училище связи. В апреле 1942 года Александр в звании младшего лейтенанта отправляется на фронт. Командир взвода связи одной из стрелковых дивизий 2-го Белорусского фронта. Под шквальным огнем противника он перевозил в лодке кабель – для того, чтобы как можно быстрее установить связь между наступавшими подразделениями наших войск. «В ту весну, – вспоминал Александр Кологривов, – река разлилась на 2-3 км. Под свинцовым дождем прокладывался кабель, обеспечивая связь. Приказ был один: продержаться хотя бы сутки. Получилось иначе: укрывшись среди кустов поймы, отвлекая огонь на себя, мы просидели в лодке 10 суток...»

Read more...Collapse )