July 9th, 2020

Во Франции требование надеть маску в автобусе закончилось трагедией



Нападение пассажиров на водителя автобуса из-за его требования рассчитаться за проезд и надеть защитные маски привело к убийству 58-летнего водителя Филиппа Монгийо в городе Байонна во Франции.

В салон автобуса вошли несколько человек без защитных масок и не рассчитались за проезд. Водитель остановил автобус и призвал пассажиров к порядку, но после нулевой реакции решил силой заставить нарушителей покинуть салон.

Монгийо добился того, чтобы все вышли из автобуса и при этом сам оказался вне салона. Когда он попытался вернуться обратно за руль, один из безбилетников ударил его по голове. Филипп упал на землю и потерял сознание. Через несколько минут прибыла медпомощь. Водителя доставили в больницу, врачи констатировали у него смерть мозга.

Убийцами водителя автобуса в Байонне являются 4 человека:: Мохамед С., Мухаммед А., Мусса Б. и Селим З., а вовсе не «маргинальные французы», как СМИ застенчиво их пытались определить.

Сколько же ненависти в этих людях...


Альтернативный Евгений Онегин




Вслед за Онегиным появляют­ся Печорин, Томский, Двинский, все по северным рекам; вслед за Ленским идут близкие по звучанию: Ленин (через«ять»), барон Велен, Алинин, вслед за Лариным — Чарин, Гарин, Харин, Комарин. Подражатели состязаются друг с другом в придумывании звучных фамилий, на­пример, Евгений Вельский, Вадим Лельский, Владимир Стрельский, Сергей Зарельский.

Маститые литераторы-современники Пушкина отнеслись к «Евгению Онегину» прохладно, а некоторые даже с осуждением. Критикам не нравился неожиданный переход Пушкина к новым темам (от романтических поэм к роману в стихах), недовольство вызывал непривычный «винегрет» из сцен и событий. Однако у молодых поэтов «Евгений Онегин» имел огромный успех. О том, какие произведения родились под влиянием пушкинского романа, рассказал Иван Никанорович Розанов.

Елена Самокиш-Судовская. Иллюстрация к роману «Евгений Онегин»
Елена Самокиш-Судовская. Иллюстрация к роману «Евгений Онегин»

Начинающие авторы с восторгом приняли литературное новаторство Пушкина — римские цифры при обозначении строф, пропуски от­дельных строк и строф, замена пропущенного точками. Новым был даже заголовок романа — имя и фамилия главного героя.

В подражаниях «Евгению Онегину» главный герой может быть не только молодым дворянином, но и гусаром, и студентом, и чиновником. Причём во многих подражаниях квази-Онегин москвич, а не петербуржец, и больше напоминает Ленского, чем Онегина (а его возлюбленная — Ольгу, а не Татьяну).

Имена героям подражатели выбирали по названиям русских рек, либо созвучные Онегину и Ленскому, либо просто красивые.

Среди подражаний выделяется пародия Александра Полежаева «Сашка». В двадцатом веке её сравнили бы с романами Эдуарда Лимонова, настолько она хулиганская. Пародия начинается так: «Мой дядя человек сердитый», и дальше много подробностей про дядю и его семью.

Так, растянувшись на телеге,
Студент московский размышлял,
Когда в ночном из ней побеге
Он к дяде в Питер поскакал.

Collapse )