Category: дети

Мои книги

• Аннотация к "Рассказам русской француженки"

    "Рассказы Татьяны Масс обладают особым свойством: в них всё наглядно, всё живет, действует, меняется, меняет. И героев и читателей. Эти удивительные рассказы не просто читаешь. Их видишь. В русской литературе немного таких кинематографических писателей."

    Леонид Нехорошев
    редактор, затем главный редактор киностудии "Мосфильм" (1954─1982)



• Аннотация к повести "Я уехала в кантон Ури"

    "Никто из людей в нормальном состоянии ума эмигрировать не будет. Эмиграция — это катастрофа, сдвиг всех родовых пластов, потеря себя. В толчее общежития беженцев, когда я вижу, как пекут хлеб арабские женщины, как грузины приносят на продажу вещи, как албанцы лихо закручивают "козьи ножки", мне — уже потерявшей почти всякие желания — интересно наблюдать эту чужую страстную жажду денег, французского паспорта, любви, выпивки. Энергия чужих желаний спасает меня в моём нынешнем экзистенциальном одиночестве…"


• Аннотация к повести "Шартрёз"

   "Сюжет повести мне подсказал старый служитель в Музее монастыря Гранд-Шартрёз. Оказывается, туда наведывались русские с просьбой продать тайный рецепт всемирно известного ликёра "Шартрёз".
    После этого вокруг монастыря начали происходить странные вещи…
    А в России, в Санкт-Петербурге, где своевольная русская женщина мечтала стать обладательницей секретного рецепта, в то же время происходили события лихие, изменившие судьбу не одного человека..."



«Будьте как дети»: как мне откликнуться на этот призыв Христа? - Православный журнал "Фома"

Ребенок хранит в себе чудо шестого дня творения, когда человек явился в мир из Его деяния. «Быть как дети», «стать как дети» — значит отправиться на поиски этого чуда. Не в сентиментальном смысле, совсем нет, но в изначально религиозном, связующем нас с Творцом.


https://foma.ru/budte-kak-deti-kak-mne-otkliknutsya-na-etot-prizyv-hrista.html

Моя статья про семейное насилие во Франции: "Шерше ля фам, чтобы… убить?"

Шерше ля фам, чтобы… убить?
«Французские женщины были похоронены под нашим безразличием», – эти горькие слова премьер-министра Франции Эдуарда Филиппа (Édouard Charles Philippe) прозвучали упрёком правоохранительной системе, допустившей угрожающую тенденцию роста домашнего насилия в республике.


В минувшую субботу по всей Франции прошли манифестации, окрашенные в фиолетовый цвет горя и гнева. Их цель – привлечь внимание к убийствам женщин, которые совершаются просто потому, что они женщины. Для этого явления теперь есть отдельное слово – феминицид. Организатор этих общефранцузских манифестаций – ассоциация NousToutes («Мы все» в женском роде).

С маленького грузовичка раздаётся мегафонный лозунг: «Да! Да! Солидарность с женщинами всего мира!». Манифестанты несут портреты женщин, погибших от рук мужей, и пурпурные плакаты с гневными обличениями в адрес убийц. Афишами с именем «Маri Аlice Вibon» обвешан Париж, лицо этой женщины смотрит со стен домов, тоннелей, с мостовых свай. Мари-Элис Дибон была убита собственным возлюбленным, который опоил её, задушил, поместил её тело в чемодан и выбросил его в реку. Хелен де Понсе (Helen de Ponce), сестра убитой, объяснила причину этого преступления: «Знаете, его игрушка уходила. Поэтому он предпочел сломать её, чем позволить кому-либо ещё играть с ней».

Многочисленные марши были организованы также в тридцати городах Франции, в том числе в Лилле, Бордо, Ренне, Страсбурге и Гренобле.

Для организации манифестаций по всей Франции были активизированы соцсети, велась прямая трансляция в интернете. Подготовка волонтёров, листовок и плакатов – всё это обошлось в 60 000 евро – добровольные пожертвования.

Франция и Германия: печальные рекорды

Франция и Германия поделили пальму первенства в чёрных рейтингах в Европе: в Германии от рук мужа или партнёра каждые двое суток гибнет женщина, французские домашние убийцы делают это чуть реже, убивая жену или подругу раз в два с половиной дня. Для статистики это просто цифры, для семьи и детей это необратимая ужасная потеря.

Несколько лет назад я делала статью о домашнем насилии во Франции для женского журнала. Для этого мне пришлось обратиться в женские ассоциации с просьбой указать адреса приёмов, где укрываются женщины, перенёсшие насилие. К моему удивлению, таких специальных приёмных пунктов не оказалось, и меня направили в ночлежку для беженцев, где в чуть отгороженном пространстве, среди гвалта румынских детей, мыкались две француженки, пострадавшие от побоев своих благоверных.

Одна из них рассказала о себе. Уставшая мать троих детей, с синяками на лице, с подсыхающими ранами на губах, во время нашего разговора она постоянно отвечала на звонки детей, которые остались с отцом. Эта избитая женщина не собиралась бросать своего мужа, по вечной женской жалости пытаясь даже оправдать его передо мной: «Потерял работу… жить трудно… нервы…». Женщина ждала, пока пройдут синяки на лице, чтобы вернуться домой. Она показала мне семейные фотографии с детьми и мужем – длинноногим красавцем с хмурым лицом алкоголика. Очень надеюсь, что эта женщина не стала именем в ужасном списке жертв, погибшим от рук домашних садистов.

читать дальше:

http://www.rg-rb.de/index.php?option=com_rg&task=item&id=25303&Itemid=13


Хотя бы детей пожалейте: российские оппозиционеры в Прибалтике жалуются на национализм

Перебравшиеся в Прибалтику российские политэмигранты уже не в первый раз жалуются на национализм, царящий в «молодых демократиях» на берегу Балтийского моря. Их критика крайне осторожна, труслива и перемежается потоками лести в адрес прибалтийских режимов. Однако сомнений не остается: семьям «лучших людей России» в Прибалтике живется несладко. Борьба с Путиным для местных националистов не извиняет того обстоятельства, что эти «светлые лица» — русские.

«У меня нет возможности второй раз заканчивать школу с ребенком на эстонском языке. Я не считаю, что такие сложности нас сплотят. Они просто превратят меня в истеричную мегеру, а моего ребенка — в неврастеника», — плачется перебравшаяся в Эстонию российская оппозиционная активистка Евгения Чирикова.

Бывшая защитница Химкинского леса, а ныне член правления Форума свободной России в Вильнюсе накатала уже второе за полтора года открытое письмо о том, что их семью притесняют в Эстонии, потому что они — русские.

Из пространной жалобы в две тысячи слов видно, что за первое письмо Чириковой крепко досталось. Активистка половину текста описывает, какой широкий резонанс вызвало ее обращение к президенту Эстонии Керсти Кальюлайд и заверяет, что лично она теперь всем довольна: и в мыслях нет ругать страну, которая ее приютила.

Послание несгибаемой оппозиционерки шибает в нос откровенным подхалимажем и лизоблюдством. Эстонские чиновники — прекрасные душевные люди, которые перешли «от стандартов совкового хамства к европейским стандартам». Эстонское государство создано для людей и вообще, когда мы придем к власти, именно эстонские советники будут учить нас строить прекрасную Россию будущего.

Правда, далее из письма следует, что не дай бог россиянам очутиться в созданной Чириковой по эстонским лекалам «прекрасной России будущего».

Потому что в принятой за образец для России Эстонии государственному языку учат психически неустойчивые русофобы, русских детей третируют за незнание эстонского, изучение школьных предметов на неродном языке превращается для школьников и их родителей в пытку, и дети в итоге вырастают безграмотными.

Чирикова фактически жалуется на русофобию, существование которой в Прибалтике ее Форум свободной России раз в полгода громко и мужественно отрицает.

Collapse )


«Вы прекрасны мадемуазель»




На фотографии, сделанной в 1933 году, генерал Шарль де Голль с дочерью Анной на руках отдыхает на пляже. Анна серьезно смотрит на папу, а тот полностью сосредоточен на ней одной и будто что-то ей говорит, если это действительно так, то наверняка эти слова были о любви.

Генерал-освободитель, жесткий политик был трепетным, счастливым и переживающим отцом маленькой Анны, девочки с синдромом Дауна. Его любовь к ней изменила отношение французского государства к людям, имеющим ментальные нарушения.

У супругов де Голль уже было двое детей Филипп и Элизабет, когда в первый день нового 1928 года в семье родилась дочь Анна. Когда де Голлю позволили зайти к жене, он сразу понял, что что-то не так. «Ребенок жив?» — бросился он к акушерке. Та молча протянула ему сверток. Шарль бережно взял дочь на руки и встретился глазами с женой, которая с болью смотрела на него. «Мы назовем ее Анной», - сказал де Голль.

Первое, что услышала семья Де Голль после объявления диагноза: «лечение бесполезно, девочка никогда не сможет произнести даже трех слов, не сможет есть без помощи, из-за крайне слабого зрения не сможет сама сойти и подняться по лестнице, избежать любой опасности, будь то огонь, вода, препятствие на пути». Несмотря на то, что общественное мнение в те времена не отличалось гуманностью по отношению к детям с синдромом Дауна, генерал и его жена никогда и не думали о том, чтобы передать Анну в специальное учреждение.

Племянники и племянницы впервые увидели, что дядюшка Шарль может умиляться, когда он брал малышку на колени. Генерал так никогда не вел себя ни со старшим сыном Филиппом, ни со средней Элизабет. Он напевал маленькой Анне то ли детскую песенку, то ли военный марш. Никто из родных не подозревал какая нежность заключена в нем, писал его биограф:

«Как только он слышал крик Анны, сразу откладывал дела, о чем бы ни шла речь, спешил к ней, брал на руки… укачивал и напевал военные песни: на рубеже сорокалетия Шарль де Голль стал другим человеком»

У де Голля был суровый характер, закаленный войной и годами службы. Современники описывают генерала, как дерзкого и мужественного и еще отмечают, что в де Голле чувствовалось какое-то «экстраординарное одиночество». Но если с ним была его Анна, похоже, одиночество отступало. Их отношения были очень трепетными, генерал был абсолютно предан своей дочке.

Collapse )



НА УКРАИНЕ ОБ ЭТОМ ПОМНЯТ?

Вижу человека


Немцы и полицаи замучили жену и новорожденного сына Василия Сухомлинского. Об этом вряд ли станут рассказывать в дни 100-летнего юбилея выдающегося педагога.

"Три тысячи семьсот страниц в записных книжках, которые я веду всю свою учительскую жизнь. Каждая страница посвящена одному человеку – моему ученику… А вот двести маленьких записных книжек – это особенно дорогое: в них я записывал самое тяжёлое и самое радостное, тревожное и самое нежное о тех детях, которых называют трудными.

Три тысячи семьсот человеческих судеб… Здесь почти всё взрослое население нашего села…

Для меня было бы большим наказанием, если бы подросток прошёл через мою жизнь, не оставив следа ни в памяти, ни в сердце. Если он уходит от тебя серым, безликим, – значит, ты не сумел ничего оставить в нём. И вряд ли для учителя может быть что-либо печальнее такого финала. Ибо всё то, что мы называем воспитание, есть великое творчество повторения себя в человеке.

…Весьма распространён тезис: коллектив – главный воспитатель личности. В педагогике он, можно сказать, стал хрестоматийным. И не дай Бог хотя бы капельку усомниться в нём – сразу же найдутся охотники объявить вас еретиком и «предать анафеме».

Коллектив – главный воспитатель личности… Если бы это было так, каким бы простым и незатруднительным делом считалось воспитание! Если бы вообще в нём имелось что-то главное, единственно важное…

Воспитание – адски сложная вещь. Я бы сравнил этот процесс с работой над глыбой мрамора, к которой одновременно подошли несколько мастеров и задались целью изваять скульптуру.

Collapse )


«Эта заставка Норштейна не прижилась на 1-м канале и была отторгнута за странность и медлительность"



«Полтора года я делал заставку к «Спокойной ночи, малыши!» - три минуты. А потом ее сняли с экрана...» Юрий Норштейн

«Эта заставка Норштейна не прижилась на 1-м канале и была отторгнута за странность и медлительность, хотя длилась все те же отведенные ей две минуты пятьдесят секунд. Тихая история, случившаяся под скатертью зимним вечером, придала мимолетности ощутимую цельность. На две минуты с хвостиком мы были вместе с детьми спрятаны от суеты, укутаны большим бабушкиным платком. Но люди, привыкшие к ритму клипа, не поняли, отчего мгновение задумалось.

На основе эскизов и рисунков к «Спокойной ночи, малыши!» был выпущен календарь. В предисловии к нему Юрий Норштейн написал: «Без помощи взрослых дети не выживут. Мы тоже не выживем, если не будем прислушиваться к детскому лепету…» Дмитрий Шеваров

Трогательный мишка-обжора, запихивающий носочком фантики под стол..

Не отпускайте Синицу на волю

На фото 19-летняя Оксана Кузнецова, дочь майора Михаила Кузнецова, который погиб ровно 15 лет назад, спасая заложников Беслана. Оксана была убита 4 сентября 2007 года на следующий день после торжественного открытия памятника её отцу. Её зарезали на пороге дома, не тронув никакие личные вещи. Пять лет колонии блогеру Синице за призыв расправляться с детьми сотрудников правоохранительных органов – это не «зверство режима», а профилактика. Всё.




из ФБ https://www.facebook.com/profile.php?id=100001568114082&__tn__=%2Cd*F*F-R&eid=ARCOq0ejSanM9k0VUW0uphjY06qAhHRTGWA_M6tlxAIrNcNfat-5eqF-NZyovintWXq29THQrlK1S3Lc&tn-str=*F

(no subject)

Блогер Владислав Синица получил пять лет колонии общего режима из-за поста в твиттере, который расценили как призыв к насилию над детьми сотрудников правоохранительных органов.
По версии обвинения, блогер опубликовал запись, "осознавая фактический характер и общественную опасность своих действий", а его мотивом было желание "возбудить ненависть и вражду".

На днях опять ВК некто Владимир Шишкин  в открытой публикации под новостью также призывал убивать детей полицейских - кто- то заскринил его призывы, мы  с народом сообща замордовали его дружно, и дурачок, струсив, удалил свою страницу. Наверное, за ним все-таки придут - много народу участвовали в той дискуссии, и призывы к насилию дурака Шишкина многих вывели из себя.