Category: юмор

Ложь и вранье в языковой картине мира русского человека

Оригинал взят у dem_2011 в Ложь и вранье в языковой картине мира русского человека
Многие русские, столкнувшиеся с «западной» системой ценостей, с удивлением отмечают, что человек, хотя бы раз сказавший или написавший неправду (при заполнении анкеты или во время деловых переговоров), может безнадёжно скомпрометировать себя. Действительно, что тут такого? Ну, приврал немного, с кем не бывает?.. При этом существует устойчивый миф о трепетном отношении русских к искренности.

Лингвист, заведующий отделом культуры русской речи Института русского языка РАН Алексей Шмелев объясняет это тем, что в нашей культуре действительно существует два противоположных отношения к «говорению неправды», которые находят выражения в двух языковых понятиях: ложь и враньё. С одной стороны, в русском языке чрезвычайно ценится правда, но, как отмечает лингвист, в ней нет установки на аккуратность и точное следование фактам, присущее, например, англосаксонской культуре. Таким образом, если человек говорит неправду из корыстных соображений, это безусловно осуждается и клеймится посредством глагола «лгать». Если же человек отклоняется от истины по какой-то другой причине — например, в силу легкомысленного отношения к фактической точности, и не преследует корыстной цели, то используется глагол «врать» и его производные, и отношение к таким погрешностям довольно мягкое.

В качестве иллюстрации нашей врождённой склонности «приврать» Алексей Шмелёв приводит фрагмент эссе Ф. М. Достоевского «Нечто о вранье».

Ф. М. Достоевский: «Нечто о вранье» (фрагмент)

Отчего у нас все лгут, все до единого? Я убежден, что тотчас же остановят меня и закричат: «Э, вздор, совсем не все! У вас темы нет, вот вы и выдумываете, чтоб начать поэффектнее». Collapse )

Дэвид Брукс, обозреватель The New York Times: Лозунг "Я - Шарли" некорректен

В своей авторской колонке обозреватель The New York Times Дэвид Брукс написал, что, несмотря на всю жестокость нападения на редакцию и следующие за ним события, крайне необходимо обратить внимание на то, как сделать журналистский подход к сатире менее циничным, а отношение к провокаторам лишить лицемерия.

Значительная часть людей по всему миру, по факту, не разделяет принцип изначально язвительного юмора, на котором специализируется издание. Поэтому, по мнению обозревателя, лозунг "Я – Шарли" некорректен, так как не отражает настоящего отношения к тому, из-за чего редакция подверглась нападению.
Дэвид Брукс призвал журналистов сохранять в своей работ вежливость и уважение, но в то же время проявлять мастерство, оставляя место для творчества людей, которые соблюдают хорошие манеры, имеют вкус и чувство меры.

Брукс также добавил, что если бы журналисты пострадавшего еженедельника попытались опубликовать нечто подобное в Соединенных Штатах, то их издание не дошло до второго номера, а авторов обвинили бы в ксенофобии. Американцы же сейчас восхваляют Charlie Hebdo за нарочитую смелость в публиковании «карикатуры на пророка Мухаммеда», но знают, что в Америке это просто невозможно по морально-этическим соображениям.
http://newstes.ru/2015/01/09/nyu-york-tayms-neobhodimo-soblyudat-standarty-uvazheniya-v-smi.html.


stanislav_05 - МЕРСИ!